Верхний 1 Верхний 2

Главная Философия Темы Проекты Об издании

Кулинарное шоу

Кулинарное шоу

Интервью с Феликсом Шультесом

 

 

ВРЕЗ. «Жизнь – это свежевыпеченная булочка. Цвет, форма, аромат, текстура – все имеет значение, если, конечно, у вас есть вкус. Вкус к  жизни.  Феликс Шультес знает толк в булочках. Культ еды, как и вкус к жизни, он возвел в ранг искусства, которым смог увлечь своих единомышленников по Кулинарному театру имени Крэга Бенсона» (журнал «Wallpaper»).

 

 – Что такое – кулинарное шоу?

 

 – Кулинарное шоу – это мероприятие, которое ставит себе целью не только покормить, но и еще каким-то образом развлечь. Т. е. расставить акценты, что обычно предоставлено артистам, аниматорам, музыкальным группам, концертным программам. Мы пытаемся это все совместить и рассредоточиваем детали для того, чтобы на вечеринке, особенно, когда она длительная, и народ уже начинает уставать, их как-то заинтересовать. Что бы каждый нашел для себя что-то интересное. Это начинается с какого-то особого бара, где делаются long-drink, коктейли или же это самогонный аппарат в каком-то месте.

 

 – Как вы пришли к этой идее?

 

 – Я понял, что нужен какой-то момент запоминания. Я организовал мероприятие, нанял специально людей, которые на глазах изумленных зрителей выстраивались в круг и начинали танцевать русские народные танцы в национальных костюмах. Это был совершенно ошеломительный успех. Затем у нас была узбекская вечеринка, где у нас человек на барабане играл. И я заметил, что людей привлекает какая-то готовка, когда подкидывают блины, когда что-то жарят, парят. Публика интересуется, люди подходят, задают вопросы. Тема еды начинает склонять к теме вечера. Я считаю, что вместо того, что бы говорить о погоде, нужно создавать темы, о которых можно разговаривать. Кулинарное шоу – это одна из тем, которая очень хорошо дополняет праздники, вечеринки, ивенты, как сейчас модно называть.

 

 – Ты анализируешь, насколько это интересно всем? Ведь люди все разные.

 

 – Есть, конечно, некое расслоение. Есть люди, которым интересен самогонный аппарат, а есть люди, которым это совершенно неинтересно. Некоторым интересно как готовят пасты, кому-то – как делают мороженое. Чем больше народа, тем больше расслоение. Начиная с 50 человек. 50 человек – это уже мобильная группа, в которой можно вести внутреннюю динамику. Начиная со ста человек уже образуются по ходу вечера какие-то группы, которые более стабильны.

 

 – Ты ими руководишь? Ты можешь их вести?

 

 – Если мы в театре дадим четкое указание нашим актерам, а наши гости – это наши актеры, то, конечно, в течение действия я не могу на них влиять, они должны все делать сами. Для этого надо очень грамотно расставить в зале все акценты, колышки, чтобы гости могли себя чувствовать хорошо и действовать в зависимости от предлагаемых обстоятельств.

 

 – Как ты это делаешь? Должен быть какой-то опыт, анализ.

 

 – Есть анализ пространства, который был сделан в 20-е годы. Анализ двухмерных и трехмерных пространств. Есть законы режиссуры и света. Есть психологические правила, как ведется внимание. В какой момент и насколько внимание повышается, где начинается стресс. Все, что слишком назойливо, начинает действовать как стресс. Например, если концерт на сцене, слишком громкая музыка, постоянно насилуешь шею, поворачивая голову в сторону сцены, значит, болит голова, шея, чувствуешь усталость в плечах. А когда в зале можно видеть, что происходит на альтернативной сцене, то взгляд иногда на ней останавливается, таким образом, человек отдыхает.

Вот пример с классической банкетной рассадкой: корпоративный Новый год или еще что-то, день рождения, свадьба, где все сидят стационарно, и только одна сцена. Я люблю вести внимание зала. Это может быть выход какого-то блюда, может быть выход официанток, в красивых платьях в цветочек, на которых хочется остановить взгляд.

 

 – Вот ты говоришь, технология рассадки. Откуда ты это взял?

 

 – Есть разные форматы. Есть семейные праздники. Я изучал это на собственных семейных праздниках. Что получилось удачным, а что не удачным. Тем не менее, есть какие-то ситуации, когда на официальном приеме есть протокольное старшинство. И тогда требуется посадить по рангу: кого рядом с хозяином дома, с хозяйкой дома и т. д. Есть принцип: сажать все пары вместе и, наоборот, принцип: не сажать пары вместе. Или принцип: за круглые столы сажать пары напротив друг друга, а рядом должна быть какая-то дама, за которой кавалер должен ухаживать. Или предполагаемые обстоятельства, когда я хочу, чтобы народ максимально общался друг с другом. Т. е. я моделирую какую-то фуршетную часть, когда люди могут свободно перемещаться, общаться, разговаривать друг с другом. Потому что при банкетной рассадке, как правило, люди общаются вокруг своего стола и когда они встанут в какой-нибудь зоне, в кулуарах, в местах, где они курят, где танцуют, то уже возникают дополнительные беседы. Естественно, я это все просчитываю, основываясь на своем опыте. Я могу вне зависимости от мероприятия, от заказчика, повлиять, в разумных пределах, на предполагаемые перемещения, на общение моих гостей.

 

 – Когда ты проводишь мероприятие в помещении, там есть стандартная расстановка мебели. Ты в это вмешиваешься или оставляешь все как есть?

 

 – Расстановку можно всегда менять. Мы всегда в пространстве работаем как десантники. Кинули нас в поле, сказали: «Здесь должен быть праздник». Мы можем перемещать все: от кухни до обогревательных приборов, которые даже зимой нагоняют в шатер тепло, все сегодня возможно. Мне, на самом деле, даже нравится, когда это какое-то производство, какое-то нестандартное место, альтернативное, где все не похоже на дворец, где и так все хорошо. Интересно, конечно, делать места, где, на первый взгляд, человек не может устроить праздник. Тогда у нас порхает творческая мысль, и мы очень часто приходим к достаточно неожиданным решениям.

 

 – Команда есть конкретная?

 

 – Есть я как основное творческое начало и есть такая уже достаточно не маленькая команда людей. Это человек 20 ивентеров, которые работают в театре и кино, занимаются декорациями, и могут подключиться при необходимости оформить какие-то мероприятия.

 

 – Как ты вводишь какие-то новшества? Или ты нашел какую-то форму и начинаешь ее катать, эксплуатировать?

 

 – Конечно, сначала есть идея. Вот мы в Киеве хотели сделать тайскую точку, где лежат большие рыбы, где подкидывают еду. Чтобы в таких тонких боксах была пища, чтобы все было хрупкое. Конечно, мы сначала это все отрепетировали. Или вот зимой у нас была бурятская кухня. Мы делали кровяную бурятскую колбасу очень вкусную.

 

 – Ну ты будешь это еще когда-то повторять?

 

 – Любая идея, она доходит до зрелости. Сначала всё сделали, понравилось, но у тебя всегда есть какая-то шпаргалка действий, как это можно улучшить в следующий раз. Когда ты начинаешь развивать кулинарную точку, ты должен понять, как развиваться для того, чтобы она осталась интересной в течение нескольких лет. Тебе нужно понять, каким образом предлагать своим клиентам, своим гостям дополнительные компоненты. Мы над этим постоянно работаем.

 

 – Это идет у тебя как спектакль, ты можешь показывать представление, или это как модуль, можешь собирать?

 

 – Есть модули, которые могут участвовать в любой «кормящей» истории, в любом ресторане. Хотя многие рестораны чувствуют, что кто-то другой уже это использует, это уже конкурент. Многие рестораны пользуются такими услугами разово. Можно заказать просто модуль, можно заказать большой праздник под ключ. Это уже зависит от желания заказчика, от агентства, к которому они обращаются.

 

 – Ты самообразованием занимаешься? Следишь, что нового есть на этом рынке?

 

 – Очень часто вопрос, поставленный нашим клиентом, вызывает нас на творческий мыслительный процесс. А иногда просто возникает картинка: было бы здорово, если… и от этой картинки отталкиваешься и развиваешься.

 

 – Что для тебя кулинарное шоу? Это хобби или дополнение к твоей основной деятельности?

 

 – Это как разминка. Вроде тема, которую ты исчерпал, но все равно хочешь развивать. Это интересно, это живые ситуации с людьми, на которые ты как в режиссуре, как в кино, напрямую можешь повлиять. В этом есть адреналин. Для меня эти шоу – это движение, и я их создаю, и я их буду создавать. Для меня это интересно.

 

 – А другие формы ивента или просто масштабных праздников тебя интересуют?

 

 – Мы доходили до мероприятий на три тысячи человек. Мы вполне вписываемся в психологию, в концепцию современного event.

 

 – Интересно было бы сделать что-то масштабное, городского плана?

 

 – Чем больше гостей, тем интереснее. Это очень интересно, но пока у нас таких городских масштабов не было. Тут важно, чтобы люди не боялись собственной смелости. Потому что сейчас начинают с творческих идей, а потом все сводится к чему-то обычному. Все боятся, что это будет не так воспринято. Если человек обращается, он готов опробовать что-то новое, мы с удовольствием идем навстречу, а если человек еще не готов, лучше не делать, подождать, когда наберется смелости.

 

 – Тебе удавалось убеждать клиента в чем-то?

 

 – Да, конечно.

 

 – Расскажи про презентацию своего проекта.

 

 – У нас есть проект «Русская водка». Мы поднимаем историю русской водки, национального напитка, и рассказываем, как ее пьют, с чем ее пьют, какие у нее свойства. Это спектакль на небольшое количество гостей: 100–300 человек. В течение полутора часов разворачивается полноценный спектакль, с едой, с выпивкой. Я, естественно, думаю еще над другими спектаклями в этой форме, но это потребует денег.

 

 – Еще два слова о сегодняшней работе.

 

 – Я сейчас работаю над экранизацией «Бесов» Достоевского. Это моя первая работа в кино. Восемь серий с хорошими масштабными артистами. Я разминаюсь с пространством, со светом. Мизансцены – это очень хорошая практика, и я думаю, что это благоприятно повлияет на мои мероприятия. Достоевский – это сложно и очень интересно. Очень много героев, которые, практически, все главные, и интересно между ними «разрулить» ситуацию.

Нижний 4
© 2007 Фонд «Праздник». Программное обеспечение: GEHARD.